Вице-губернатор Приморья в 1912 году брал взятки, не платил по счетам и «портил девочек»

Вице-губернатор Приморской области Владимир Лодыженский за два года службы во Владивостоке с 1912 по 1914 год успел прославиться как мот, взяточник и любитель разгульной жизни. Историк ДВФУ Вадим Агапов рассказал РИА PrimaMedia, что выходки чиновника регулярно попадали в местную и центральную прессу, но до суда дело так и не дошло.

Лодыженский происходил из тверской ветви дворянского рода. К 30 годам он дослужился до полковника и работал в прокурорском надзоре, однако военную карьеру испортил скандал. Его на неделю посадили под домашний арест за то, что он без веских оснований прекратил политическое дело мещанина Руге и освободил от ответственности рядовых Струге и Гонсецкого.

Увольнение не помешало карьере. Лодыженский устроился в канцелярию Варшавского генерал-губернатора, но и там попался на взятке. Его уличили в получении денег за пересмотр дела еврея Тайхнера, которому запретили жить в приграничных губерниях за тайный перевод эмигрантов через границу. К лету 1912 года Лодыженский имел сомнительную репутацию и числился в бессрочном отпуске без должности.

Неожиданно для всех он получил назначение вице-губернатором в Приморскую область. Это решение нарушало установленный порядок и было принято вопреки желанию Приамурского генерал-губернатора Николая Гондатти, который узнал о новом подчиненном из телеграммы. Предполагалось, что Лодыженскому помогла влиятельная фрейлина - «кузина Леля». Она устроила ему аудиенцию у императора, а затем и пожалование придворным чином камер-юнкера.

Гондатти был в ярости. В письме министру внутренних дел он жаловался, что Лодыженский плохо знает законодательство и «не упускает случая подчеркнуть свою “самостоятельность”, указывая, что не всякий закон для него обязателен». В другом послании генерал-губернатор обвинял вице-губернатора в краже денег из депозитов и долгах частным лицам.

«Чрезвычайно широкая жизнь коллежского советника Лодыженского при скромном содержании вице-губернатора заставляет его прибегать к таким займам, которые, при его служебном положении, роняют престиж власти в глазах общества и дают повод к разным крайне неудобным толкам. Так, например, известно, что г. Лодыженский выдает векселя владивостокскому купцу Скидельскому на 7,5 тысяч рублей», - писал Гондатти.

После приезда Лодыженского во Владивосток посыпались жалобы от кредиторов с прежних мест службы. Анонимный донос из личного дела чиновника описывал его страсть к роскоши: он снял большую квартиру, завел шикарную обстановку, но вскоре съехал, оставшись должен 800 рублей хозяину Попугаеву и 4 тысячи рублей Кунсту за мебель. Затем Лодыженский нанял целый этаж за 4 тысячи рублей в год при собственном содержании в 4,5 тысячи.

«В ресторанах и шантанах Лодыженский систематически не платил… В магазине Чурина ему уже не отпускали в долг. Лодыженский перестал платить даже за освещение», - говорилось в доносе.

Долги толкали вице-губернатора на использование служебного положения. Он пытался через «известного в городе жулика» Андреева сдать в аренду участок на Светланской, но сделка сорвалась. Тогда Лодыженский начал брать взятки с высылаемых евреев за право остаться во Владивостоке и не гнушался откровенным вымогательством. В Никольск-Уссурийском он получил с трактира 500 рублей, угрожая штрафом в 3 тысячи.

Вице-губернатор вел разгульную жизнь, не соблюдая приличий. Будучи членом Попечительного совета Владивостокской женской гимназии, он «любил ухаживать за гимназистками» и вместе с подельниками «портил девочек», оборудовав для этого специальную комнату в старом здании областного архива.

Окружение Лодыженского состояло из мошенников и проходимцев. Он покровительствовал никольск-уссурийскому полицмейстеру Шадрину, обвиненному в потворстве домам терпимости и допуске туда малолетних. Другим приближенным был лейтенант флота Миклашевский, исключенный со службы «за какую-то мошенническую выходку». В квартире вице-губернатора постоянно жил его бывший однокурсник титулярный советник Александр Высокосов, которого в доносе называли «форменным алкоголиком и дегенератиком». Еще одним подручным был Густав фон Ундриц, вымогавший у китайцев деньги под угрозой выселения.