Магаданским чиновникам предложили учиться управлению у Сергея Королёва, который едва не умер в колымском лагере

В Правительстве Магаданской области руководителям региональных ведомств и местных администраций прочитали лекцию о «русской модели управления».

Докладчиком выступил директор ИГСУ РАНХиГС Руслан Корчагин, приехавший на Колыму по приглашению губернатора Сергея Носова.

Спикер призвал чиновников отказаться от «западноцентричных парадигм» вроде бюрократии и клиентоориентированности в пользу тысячелетнего отечественного опыта.

«ДНК России — это духовно-нравственный код, федеральный проект, который реализуется во всей образовательной системе.

В условиях формирования многополярного мира мы заинтересованы предъявить миру нашу русскую школу и модель управления, основанную на ценностно-ориентированном подходе», — заявил Корчагин.

Среди главных принципов этой системы он назвал патриотическое служение, моральную нормативность (когда правда и справедливость стоят выше закона) и «вотчинность» — высокую ответственность за вверенную территорию.

В качестве эталонного управленца лектор привёл конструктора Сергея Королёва, отдельно похвалив его масштаб мышления, умение выстраивать работу в сложных и конфликтных условиях, а также «готовность к жертвам ради цели».

Специфику таких «сложных условий» и цену готовности к жертвам конструктор изучил досконально именно на Колыме.

В 1938 Королёва арестовали по ложному доносу, а на допросах, по его собственным воспоминаниям, «подвергли физическим репрессиям и издевательствам», сломав челюсть.

В 1939 году инженер провёл восемь месяцев на колымском прииске «Мальдяк», где от голода и тяжёлого труда превратился в «живой труп».

От гибели его спас другой заключённый, бывший директор авиазавода Михаил Усачёв, выбивший для истощённого учёного перевод в санчасть.

Позже лагерный срок заменили на тюремную «шарашку», где конструктор работал с убеждением, что его «хлопнут без некролога».

На свободу Королёв вышел в 1944 и впоследствии запустил в космос Юрия Гагарина, однако опыт выбивания показаний догнал его через годы: в 59 лет он умер на операционном столе из-за того, что из-за старого перелома челюсти врачи не смогли ввести интубационную трубку.