Рудник «Бутугычаг» на Колыме закрыли из-за 6-километровой транспортной цепи и брошенных забоев

10 января 1955 года начальник Тенькинского горнопромышленного управления (ТГПУ) подполковник Е. Азбукин подписал приказ № 4. Документ запустил ликвидацию рудника «Бутугычаг» и обогатительной фабрики № 1 — некогда флагманского предприятия по добыче олова.

Решение опиралось на декабрьский приказ Дальстроя. Ликвидационные мероприятия стартовали с 1 января.

Для оформления документов создали комиссию во главе с начальником рудника М.И. Трискибой. В неё также вошли главный бухгалтер Л.С. Гершонок, главный механик Н.М. Воропанов, старший электрик Свербутович и старший геолог К.М. Дзахов.

Руководству поставили жёсткие сроки. Графики работ и план сохранности фабричных хвостов требовалось сдать в производственно-технический отдел к 18 января.

Уточнённые сметы — в бухгалтерию ТГПУ. Планы демонтажа и дефектные ведомости на ремонт оборудования ждали в отделе главного механика до 5 февраля.

Главной причиной закрытия стала экономическая нецелесообразность. Анализ документации показал, что отработка месторождения годами велась бессистемно.

В недрах оставались брошенные рудные блоки с низким содержанием металла. К середине 1950-х годов значительная часть балансовых запасов концентрировалась именно в таких недоработках.

Попытки возобновить выемку требовали дорогостоящей расчистки промёрзших и обрушенных старых выработок.

Ситуацию усугубляла переусложнённая транспортная схема. Общая протяжённость доставки руды от забоев до обогатительной фабрики составляла 5940 метров.

Горная масса поступала на три разные сортировочные площадки, затем спускалась по каскаду из пяти бремсбергов длиной 1740 метров к дробильно-сортировочной станции «Кармен». Завершающим этапом была транспортировка по узкоколейной мотовозной дороге длиной 3200 метров.

Ликвидация сопровождалась масштабным списанием активов. На убытки 1954 года списывали незавершённое производство, транспортные расходы, временные здания и изношенный инвентарь.

Под списание попали затраты на горно-подготовительные работы, горная масса в подземных магазинах и низкосортная руда в отвалах. Исключение сделали только для руды, которую предстояло обработать в 1955 году.

Неиспользованные материалы, запчасти и промышленные товары вывозили на склады Отдела снабжения. Тяжёлое оборудование фабрик, компрессоры и подъёмные машины ремонтировали и консервировали прямо на местах установки.

Технику из подземных выработок демонтировали и размещали в наземных помещениях. Электрооборудование подстанций, трансформаторы и кабельные сети снимали полностью.

К апрелю 1955 года процесс потребовал ускорения. Исполняющий обязанности начальника ТГПУ В.А. Загайнов 5 апреля издал приказ № 105.

Документ предписывал приостановить демонтаж поверхностного оборудования и сосредоточить усилия на извлечении из подземных выработок тяжёлых компрессоров. Для этих работ с 6 апреля выделяли заключённых Теньлага.

Все демонтажные работы требовалось завершить к 15 июня, а консервационные — к 15 сентября.

Приказ чётко распределил остаточное имущество. Здания и сооружения принимал на баланс ТГПУ представитель Д.Д. Горгуль.

Ликвидные товарно-материальные ценности магазинов и складов вывозили на базы Оснаба. Десять отремонтированных грузовиков ЗИС-5 и одну газогенераторную машину ЗИС-21 поставили на консервацию в гараже рудника.

Два ЗИС-150 отправили в капитальный ремонт, а три изношенных ЗИС-50 списали.

Жилой фонд и социальную инфраструктуру посёлков рудника закрывали на длительное хранение под вооружённой охраной. Геологическая и маркшейдерская службы завершали составление итоговых отчётов.

Химлабораторию фабрики имени Чапаева вместе с эталонными пробами и инвентарём передали на баланс действующего рудника «Хениканджа». Ликвидационный баланс поручили сдать к 1 мая 1955 года.